Рейтинг@Mail.ru
 

Публикации

Оборот алкоголя: между законностью и целесообразностью. Исторические хроники РАПСИ

10:00 14/09/2017

Алла Амелина, депутат Госдумы РФ первого созыва, журналист, сопредседатель историографического сообщества «Политика на сломе эпох»:

Алла АмелинаАлла Амелина

Удивительно, но факт: до 1995 года закона о государственной монополии на спиртное не существовало. Депутаты Госдумы первого созыва озаботились этой проблемой и в 1994 году внесли законопроект, который первоначально назывался «О государственном регулировании производства и оборота алкогольной продукции».

Первая попытка его принять состоялась в декабре 1994 года. Независимый депутат Надежда Бикалова в первой же фразе своего доклада отметила, что «зал сразу оживился при названии законопроекта». Такое оживленное обсуждение сопровождало все рассмотрение проекта. Стенограмма того заседания пестрит ремарками «смех в зале».

К примеру, упомянула Бикалова отрицательное влияние алкоголя на генофонд нации — а ей тут же вопрос: «У нас распространяется новый вид водки - водка Владимира Вольфовича Жириновского. Что Вы можете сказать по поводу возможного влияния на генофонд нации именно этой водки? (Смех в зале). В ответ: «Честно признаюсь, я не пробовала этот сорт водки» (Смех в зале).

А вот еще  пара реплик.

- Майор Логинов, майор Логинов, прошу вас. Даме? Водку? Отнесите на ее место. (Смех в зале).

- Владимир Анатольевич Бауэр, позвольте, вам, как председателю Комитета по организации работы Государственной Думы, и вашему заместителю - Омару Омаровичу Бегову - сделать замечание за бесконтрольную раздачу водки в коридорах Государственной Думы и здесь, в зале.

Думаю, этого достаточно, чтобы почувствовать обстановку в зале заседаний.

По сути законопроект решили не обсуждать, а сразу проголосовать его в первом чтении. Как и следовало ожидать, нужного количества голосов он не набрал.

Вторая попытка состоялась в марте 1995 года. Законопроект, который теперь назывался «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта и алкогольной продукции», представлял другой его соавтор — Петр Шелищ («Яблоко»).  На сей раз все было всерьез. Шелиш доложил, что действие законопроекта распространяется на алкогольную продукцию, изготовленную с использованием только этилового спирта, приготовленного из пищевого сырья. Виды государственного регулирования производства и оборота этой продукции определены следующим образом: установление государственной монополии на производство и оборот только этилового спирта; лицензирование производства и оборота спиртосодержащей алкогольной продукции, то есть всего того, что изготавливается с использованием спирта; установление акцизов на этиловый спирт; контроль за соблюдением прав потребителей алкогольной продукции.

Цель и смысл законопроекта были столь очевидны, что после доклада поступило предложение принять его без обсуждения. Но на выступлении настоял Владимир Габоев ("Стабильность"). Он высказал ряд серьезных опасений: возрастет уровень коррупции, увеличится количество правонарушений, уменьшатся отчисления в бюджет. Неизбежно повысятся цены на спиртные напитки, следом увеличится самогоноварение, употребление суррогатов. А значит, утверждал он как специалист-нарколог, увеличится и количество больных хроническим алкоголизмом, количество психозов (а больных хроническим алкоголизмом, по его данным, было в России на тот момент приблизительно 2,5 миллиона человек). Он сообщил также, что готовится альтернативный законопроект, учитывающий мнение врачей и специалистов и направленный на то, чтобы увеличить поступления в бюджет, но как можно меньше вреда нанести населению.

Однако призыв Габоева голосовать против не нашел поддержки депутатов, и законопроект был принят в первом чтении, причем под аплодисменты.

Также практически без дискуссий проект закона «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта и алкогольной продукции» прошел второе и третье чтения, в июле 1995 года был одобрен Советом Федерации и направлен на подпись президенту. Но президент закон отклонил.

О причинах вето доложил депутатам представитель президента в Госдуме Александр Яковлев. Причины были традиционны и, можно сказать, банальны. Во-первых, противоречие Конституции РФ — ну нельзя в федеральном законе определять предметы ведения субъектов Федерации, статья 73 Основного закона не позволяет. Кроме того, статья 71 не относит к предметам ведения Российской Федерации регулирование экспорта алкогольной продукции. Во-вторых, содержащийся в законе запрет сдачи в аренду имущества унитарных предприятий противоречит Гражданскому кодексу. Ну и, «по мелочам»: не учтены законы о приватизации, об иностранных инвестициях, о местном самоуправлении, об общественных объединениях, о защите прав потребителей...

Не без иронии Максимов предложил два пути: в обстановке всеобщего подъема преодолеть вето президента под аплодисменты или же еще поработать над законом.

«Каверзный» вопрос задал представителю президента аграрий Юрий Соколов — мол, почему при дефиците бюджета и нехватке средств в казне он не убеждает главу государства подписать этот закон? На что получил ответ, что сама идея пополнить бюджет вряд ли у кого-нибудь вызовет протест. И что вряд ли президент хочет объеднить бюджет. А речь идет о том, чтобы сделать закон неуязвимым с точки зрения его конституционности и соответствия иным законодательным актам.

Опытный юрист Анатолий Лукьянов (КПРФ) согласился, что закон надо еще шлифовать и шлифовать. Но аргументацию в пользу его принятия привел отнюдь не правовую: «На местах этот закон ждут люди, потому что происходит буквально спаивание населения. Более половины объема алкогольной продукции завозится из-за рубежа. Это известная цифра - 52%. Разве можем мы сегодня отложить принятие закона ради того, чтобы шлифовать юридически какие-то нормы? Разве можем мы отложить сегодня решение этого вопроса? Может быть, все-таки надо пойти на преодоление вето и ускорить решение этого вопроса?»

Пришлось Александру Яковлеву пофилософствовать на вечную тему - о целесообразности и законности. Да, иногда цель действительно настолько привлекательна и социально важна, что возникает желание не полировать юридические тонкости. Но вот хотелось бы все-таки, чтобы целесообразность сочеталась с законностью, а не противоречила ей.  При всей важности цели, которую данный закон преследует .

Увы, палата реализовала первый из двух возможных путей, обозначенных Яковлевым. Закон был поставлен на поименное голосование с формулировкой «одобрить в ранее принятой Государственной Думой редакции». Вето президента депутаты преодолели, как и предполагал его представитель, под аплодисменты.

В ноябре 1995 года закон был подписан и вступил в силу.  Сегодня он (с поправками)  действует под названием «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции».

добавить в блогпереслать эту новостьприслать свою новостьдобавить в закладкиrss канал
Добавить в блог
Чтобы разместить ссылку на этот материал, скопируйте данный код в свой блог.
Код для публикации:
Как это будет выглядеть:

Оборот алкоголя: между законностью и целесообразностью. Исторические хроники РАПСИ

10:00 14/09/2017 Удивительно, но факт: до 1995 года закона о государственной монополии на спиртное не существовало. Депутаты Госдумы первого созыва озаботились этой проблемой и в 1994 году внесли законопроект, который первоначально назывался «О государственном регулировании производства и оборота алкогольной продукции».
Переслать новость

Все поля обязательны для заполнения!

Прислать свою новость

Все поля обязательны для заполнения!

Главные новости