Инвазивные виды растений и животных — организмы, случайно или намеренно занесённые человеком за пределы своего исторического ареала. По подсчётам российских учёных, только четыре наиболее опасных «чужеродных» вида нанесли экономике страны ущерб примерно на 1,5 триллиона рублей за последние 20 лет. Федеральный закон № 294-ФЗ, вступивший в силу 1 марта 2026 года, впервые закрепил прямую обязанность всех без исключения землевладельцев уничтожать инвазивные растения. РАПСИ изучило, как биологические захватчики уничтожают экосистемы России, почему десятилетия борьбы с ними не давали результата и в каких случаях суд оказывался реальным инструментом защиты природы.
Сентябрь 2012 года, в питомнике временного содержания посадочного материала, где готовят саженцы для олимпийских объектов, научный сотрудник Сочинского национального парка Наталья Ширяева осматривает только что привезённые из Италии кусты самшита. На нескольких саженцах она обнаруживает незнакомых гусениц: зелёные, с тёмными полосками на спинке – Cydalima perspectalis, самшитовая огнёвка. В 2006 году этот азиатский вредитель объявился в Германии и за несколько лет захватил большую часть европейских питомников. С 2008 года он числится в европейском списке особо опасных видов. В России его не было никогда.
Биолог немедленно сообщает начальству: саженцы заражены, их нужно уничтожить. Дальше начинается история, которую спустя годы специалисты будут называть одним из самых наглядных примеров того, как ведомственная безответственность превращается в экологическую катастрофу. Саженцы не сожгли. Их обработали инсектицидом «Актеллик», но не системным, а кишечно-контактным, который убивает не всех. Карантинного срока не выдержали и высадили.
К 2019 году самшит в реликтовом лесу возрастом около 20 миллионов лет, входящем в список объектов Всемирного наследия ЮНЕСКО, Хостинской тисо-самшитовой роще был уничтожен почти полностью.
Прежде чем рассказывать о конкретных катастрофах, нужно понять масштаб явления. Инвазивные, или чужеродные, виды сегодня считаются второй по значимости причиной утраты биоразнообразия на планете после прямого уничтожения местообитаний.
В России чаще всего, примерно в 62% случаев, биологические «пришельцы» попадают случайно: с торговыми судами, с посадочным материалом, с упаковочной тарой. Ещё значительная часть была завезена намеренно — в рамках советской программы «обогащения» охотничьих угодий и сельского хозяйства.
«Зелёный пожар»: история борщевика Сосновского
В конце 1940-х годов перед советским руководством стояла насущная задача: как прокормить обескровленную войной страну и её скот. Борщевик Сосновского, описанный ботаником Идой Манденовой в 1944 году, рос тогда только в горных лесах Кавказа на высоте 1,5–2,5 тысячи метров. Там его сдерживали высота, специфический климат и, главное, насекомые-фитофаги, привыкшие к этому растению за тысячелетия совместной эволюции. 
Биолог из Института биологии Коми АССР Пётр Вавилов убедил Всесоюзную академию сельскохозяйственных наук: борщевик даёт фантастическую зелёную массу, неприхотлив, морозостоек, богат белком. Идеальный силос для послевоенного животноводства. С конца 1940-х его начали культивировать сначала на Северо-Западе и в центре России, потом — повсюду. В Удмуртии только на одной Завьяловской опытной станции в 1973–1976 годах продали 1,6 тонны семян.
Проблема обнаружилась довольно быстро. Молоко коров, кормившихся борщевиком, горчило и пахло так, что продавать его было невозможно. У потомства животных появлялись хромосомные нарушения. Ну и ожоги — сначала у работников, потом у случайных прохожих. К 1980-м от массового культивирования отказались. Но было поздно: растение уже дичало, уходило за пределы полей. А в 1990-е, когда советское сельское хозяйство рухнуло и миллионы гектаров угодий оказались заброшены, борщевик получил идеальную среду для экспансии — нарушенный растительный покров, никакой конкуренции, никаких контролёров.
По различным оценкам, сегодня сорняк занимает от 20 до 40% сельскохозяйственных угодий европейской части страны. Он продвигается на север — учёные фиксируют его уже в Мурманской области. По прогнозам российских специалистов, опубликованным в 2022 году, через 15–20 лет при умеренном потеплении климата борщевик может оказаться за Полярным кругом.
Борщевик Сосновского – биологический агрессор, уничтожающий целые экосистемы. Одно растение за сезон производит от 20 до 100 тысяч семян. Семена летучие, разносятся ветром на километры, машинами — на десятки километров. Они сохраняют всхожесть в почве больше десяти лет.
На лесных опушках и полянах борщевик буквально «запечатывает» пространство: его листья достигают трёх метров в диаметре, создавая плотную тень. Под ней не выживает ни одно светолюбивое растение. Одновременно борщевик выделяет в почву вещества-аллелопатики, подавляющие прорастание других семян. В результате там, где раньше была опушка с разнотравьем, появляется монокультурная «зелёная пустыня» высотой в человеческий рост, непригодная ни для какой другой жизни.
В Брянской области борщевик Сосновского угнетает растения из Красной книги, в том числе шпажник тонкий. Там, где он проникает на лесные поляны, останавливается естественное возобновление леса: дубы, берёзы, ели не могут пробиться сквозь плотный покров. Несколько лет борщевиковой «оккупации» — и восстановить лесную экосистему уже крайне сложно.
Каждое лето от ожогов борщевика страдают тысячи россиян, десятки попадают в больницы с глубокими поражениями кожи. Медики фиксируют случаи слепоты у детей, игравших со стеблями борщевика как с подзорными трубами: попадание сока на слизистую глаза может вызвать необратимые последствия. Зарегистрированы летальные исходы среди детей с тяжёлыми ожогами большой площади тела. Сок борщевика имеет мутагенный эффект: он вызывает хромосомные аберрации на уровне ДНК клеток.
Механизм поражения при этом работает совершенно незаметно. Человек прикоснулся к растению — и ничего не почувствовал. Пошёл домой, умылся. А через несколько часов, когда кожа попала под солнечные лучи, развивается буллёзный дерматит с волдырями. Иногда реакция проявляется спустя сутки-двое: человек уже забыл о контакте с растением. Заживление длится месяцами, оставляя тёмные пигментные пятна, которые не исчезают годами.
Война с борщевиком: случится ли перелом в 2026-м?
«К сожалению, никому это не надо. У администрации всё отговорки: межевание не сделано, это не поля, а неудобица, старые силосные ямы, овраги, вдоль рек», — говорила жительница деревни Юриха Ивановской области Светлана Сухоплюева в интервью местным изданиям. Её семья сама выходит на покос борщевика каждый год — с апреля по октябрь. Это не дачный энтузиазм, это борьба за выживание деревни: борщевик подошёл вплотную к огородам и домам. 
Проблема принципиальная. Покосить борщевик бессмысленно: он отрастёт. Выкопать корни у трёхметрового растения с толстым стеблем — физически изматывающая работа. Гербициды работают, но семена в почве сохраняются годами — нужна обработка несколько сезонов подряд. А земля, как правило, принадлежит разным собственникам: муниципалитет срезал у дороги, на соседнем заброшенном поле борщевик дозревает — и снова всё начинается сначала.
Россельхознадзор в 2022 году выявил 23,6 тысячи гектаров земель сельскохозяйственного назначения, заросших борщевиком. Реальные площади, с учётом всех категорий земель, несопоставимо больше.
До 2026 года правовые механизмы борьбы с борщевиком были фрагментарными. Региональные законы существовали, но охватывали только сельхозземли и только тех, кого удавалось поймать. Привлечь к ответственности владельца заброшенного участка, который давно не платит налоги и не появляется в деревне, было почти невозможно.
Федеральный закон № 294-ФЗ от 31 июля 2025 года, вступивший в силу с 1 марта 2026 года, изменил ситуацию принципиально. Теперь обязанность уничтожать инвазивные растения распространяется на всех собственников земельных участков без исключения — дачников, фермеров, муниципалитеты, юридические лица.
Санкции за неисполнение серьёзные: для граждан от 20 до 50 тысяч рублей штрафа, для должностных лиц – до 100 тысяч, для организаций – до 700 тысяч рублей. При систематическом бездействии суд может обязать собственника уничтожать борщевик в течение пяти лет с ежедневной неустойкой за каждый день неисполнения. В самых крайних случаях – изъять земельный участок.
Важно, что закон ввёл механизм защиты для соседей: если борщевик с соседнего участка ползёт на ваш огород, можно обратиться в контролирующий орган, те проведут проверку и выдадут предписание. Если хозяин заросшего участка проигнорирует предписание и штраф – контрольный орган подаст в суд. При этом самим лезть на чужой участок с лопатой или гербицидами незаконно.
Эксперты оценивают новый закон осторожно. «На практике санкции применяются дифференцированно, в зависимости от площади зарастания, степени запущенности ситуации и того, является нарушение первичным или повторным», — объясняет судебный юрист Любава Трофимова. До изъятия участка доходит редко — большинство землевладельцев принимают меры ещё на стадии предписания. Но то, что прокурор наконец получил инструмент принудить к уборке зелёного монстра — уже шаг вперёд.
Американец в русском лесу: история клёна
Если борщевик — агрессор, вызывающий ожоги, то ясенелистный клён (Acer negundo) действует иначе: тихо, методично, незаметно. За двести с лишним лет пребывания в России он так прочно вписался в пейзаж, что большинство людей вообще не подозревают о его чужеродном происхождении. 
Клён завезли из Канады в конце XVIII века — для ботанических садов Москвы и Петербурга. Потом его стали высаживать в городах как быстрорастущее декоративное дерево. Оно и правда растёт значительно быстрее местных видов. Неприхотливо, легко размножается: каждую осень «вертолётики» с крылатками разлетаются на десятки метров от материнского дерева. Никакого ухода не требует. За ним и не следили.
К началу XXI века ясенелистный клён стал, по выражению заведующего дендрарием Ботанического сада МГУ Григория Бойко, единственным «по-настоящему инвазивным» деревом в России. Он вытесняет дубы, осины, ивы — образует густые одновидовые заросли, под пологом которых другим деревьям не выжить. Меняется структура леса, исчезают связанные с дубом и осиной насекомые, птицы, грибы.
В половодье ясенелистный клён первым захватывает поймы рек. В лесополосах вдоль дорог он давит медленнорастущие аборигенные породы — вязы, клёны полевые, липы. В городских парках — вытесняет всё, что было посажено до него.
Есть и специфический «подарок» для лесного хозяйства: ясенелистный клён является одним из любимейших хозяев американской белой бабочки — ещё одного инвазивного вида. Два захватчика поддерживают экспансию друг друга.
В ноябре 2025 года руководитель столичного департамента природопользования Юлия Урожаева представила Мосгордуме план: избавить столицу от ясенелистного клёна за десять лет. Москва стала первым субъектом РФ, утвердившим постановление о регулировании численности таких видов. В документе определен перечень из 32 растений, таких как борщевик Сосновского, клён ясенелистный и люпин, с которыми необходимо работать.
В феврале 2026 года был принят приказ Минприроды № 77 о перечнях инвазивных видов для федеральных ООПТ, а приказ Рослесхоза № 181 о перечне инвазивных растений, зарегистрированный 2 апреля и вступающий в силу 1 сентября 2026 года, включил его в официальный перечень инвазивных растений, способных нанести вред лесам как экологической системе. Таким образом, уже осенью владельцев участков с кленовой порослью могут начать штрафовать.
Правда, экологи предупреждают: убирать клён нужно с умом. Он настолько прочно вошёл в городские и пригородные экосистемы, что слишком резкое изменение может навредить тем видам, которые к нему уже приспособились. «Необходимо соблюдать меры и использовать современные технологии, чтобы вместе с американским кленом не избавиться от других видов», — говорит эколог Анатолий Баташев.
Как погиб реликтовый лес
Тисо-самшитовая роща в Хосте – это биологический архив: реликтовые растения, сохранившиеся здесь в почти неизменном виде ещё с третичного периода, 18–20 миллионов лет назад. До нашествия огнёвки здесь произрастало более 500 видов растений из 60 семейств. Тисы возрастом до двух тысяч лет. Колхидский самшит – уникальный реликт, древесина которого тонет в воде, занесённый в Красную книгу России. 
Самшит рос здесь ещё тогда, когда по этим горам бродили первобытные люди. Он пережил ледниковые периоды, прошлые эпохи вырубок – в начале XX века самшит из Сочи хищнически экспортировали в Турцию и другие страны. Он рос всего по несколько миллиметров в год, но рос. А убила его спешка.
22 сентября 2012 года в питомнике временного содержания была обнаружена самшитовая огнёвка. Вместо уничтожения саженцы обрабатывают «Актелликом» и высаживают. С этого момента огнёвка начинает пожирать сочинские самшиты – сначала городские насаждения, а к концу 2013 года проникает в реликтовые массивы Сочинского национального парка.
Учёные парка бьют тревогу, они просят у Минприроды разрешения обработать поражённые деревья пестицидами. Получают отказ: на особо охраняемых природных территориях применение химикатов запрещено по федеральному закону «Об ООПТ».
Огнёвка продолжает расселяться. По состоянию на 1 октября 2014 года очаги занимали 253 гектара самшитовых лесов из 1863. В сентябре 2014 года погибла Хостинская тисо-самшитовая роща – 182 гектара, практически все самшиты уничтожены.
Директор по науке Сочинского нацпарка Борис Туниев рассказывал журналистам: «Мы перепробовали всё: эфирные масла, насыщенную озоном воду, хищных ос, феромоновые ловушки». Ничего не работало. Без пестицидов – никак, а пестициды под запретом.
Одновременно очаги огнёвки появились в Новороссийске, Краснодаре, Армавире, Майкопе – по всему Краснодарскому краю и в Адыгее. К 2017 году из 5000 гектаров самшитовых насаждений колхидского самшита в России осталось лишь около 5 гектаров – преимущественно в Адыгее, там, где успели обработать пестицидами с дороги шлангом (не заповедная территория, запрета не было).
К 2019 году колхидский самшит в России был почти уничтожен.
Особого внимания заслуживает механизм катастрофы. Итальянский самшит, по данным директора Краснодарского филиала «Рослесзащиты» Валерия Щурова, не проходил фитосанитарный контроль на таможне. Карантинный период не был выдержан. Вредитель был обнаружен и проигнорирован. С другой стороны, сама самшитовая огнёвка до февраля 2015 года не входила в российский перечень карантинных объектов. 
После гибели рощи тогдашний глава Минприроды Сергей Донской в начале 2015 года обратился в Генпрокуратуру с просьбой установить причастных к попаданию огнёвки в Россию. «Не исключаем, что это было сделано умышленно», — заявил министр. Уголовного дела так и не возбудили.
Экологи говорят об этом с горечью: «В данном случае природоохранное законодательство помешало сохранению природы. Нужно было принимать экстраординарные меры, а ведомства просто перекладывали ответственность друг на друга», — объяснял Валерий Шмунк, специалист по лесной энтомологии.
Самшит растёт со скоростью 5–15 миллиметров в год. На восстановление популяции уйдёт, по оценкам учёных, не менее 600 лет.
Отдельная история развернулась вокруг Сочинского нацпарка в 2023 году. Она уже не связана с огнёвкой, но тоже красноречивая. Компания «Турьев Хутор Девелопмент» провела сплошную вырубку особо ценных деревьев на территории нацпарка, нанеся ущерб на более чем 2,5 млрд рублей. Другой застройщик (Первая строительная компания) устроил отвал грунта на землях парка, вызвав смещение почвы и образование антропогенной запруды на реке Хоста. Затоплена оказалась часть тисо-самшитовой рощи – ущерб составил около 956 млн рублей.
Генеральная прокуратура подала иск в Адлерский районный суд. В 2023 году дело завершилось мировым соглашением: «Турьев Хутор Девелопмент» возместила полную сумму ущерба. Сочинский национальный парк получил 100 млн рублей, остальное направили на общественно полезные цели. Это рабочий пример того, как прокуратура и суд могут быть реальными инструментами защиты природных территорий от хозяйственного вторжения.
Животные-захватчики из Северной Америки
Если с растениями у россиян сложились хоть какие-то отношения – их косят, травят, штрафуют за терпимость к ним, то с животными-«захватчиками» всё куда запутаннее. Большинство из них официально считаются «охотничьими ресурсами» и находятся под охраной. Между тем именно они перекроили экологический облик многих регионов страны.
Пожалуй, самый наглядный пример биологического вытеснения – история двух норок. Европейская норка (Mustela lutreola) – небольшой хищник, живущий по берегам рек и ручьёв, ещё в XIX веке обитала по всей Европе, от Испании до Сибири. Охота ради ценного меха подорвала её численность, но не уничтожила. 
В 1933 году в СССР начали завозить американскую норку (Neovison vison) – чуть крупнее, чуть агрессивнее, значительно более плодовитую. Её разводили на зверофермах, откуда она регулярно сбегала. В 1935-м государство начало целенаправленную акклиматизацию: зверьков выпускали повсюду, где была вода и рыба. Идея состояла в том, чтобы обогатить пушные угодья. 
Американка захватила экологическую нишу своей европейской сестры. Механизмов несколько. Во-первых, прямая конкуренция за норы, охотничьи участки и добычу – американка крупнее и берёт верх. Во-вторых, трагический биологический эффект: самки европейской норки вступают в спаривание с самцами американской, беременеют, но эмбрионы рассасываются. Самка выходит из репродуктивного сезона пустой, без потомства. Сезон потерян.
Результат оказался сокрушительным. За XX век численность европейской норки сократилась на 90%. Сейчас её ареал состоит из нескольких изолированных фрагментов: север Испании и запад Франции, дельта Дуная, северо-запад России. На 2002–2006 годы в России насчитывалось около 20 тысяч особей – две трети от общемировой популяции. Международный союз охраны природы признаёт вид находящимся под угрозой исчезновения.
Попытки создать резервные популяции предпринимались. В 1981–1989 годах около 400 европейских норок выпустили на Курилах: на Кунашире и Итурупе, где американки не было. По данным МСОП за 2014 год, попытка оказалась безуспешной, стабильную популяцию найти не удалось.
В заповеднике «Калужские засеки» на границе Калужской и Тульской областей в 2025 году старший научный сотрудник Елена Литвинова рассказала журналистам: «При создании заповедника на его территории ещё встречались оба вида. Сейчас европейскую норку здесь практически не фиксируем – на всех фотоловушках исключительно американская».
Что же происходит в дельте Волги, куда американская норка добралась к середине XX века? Учёные Астраханского заповедника подсчитали: в некоторые годы один зверёк уничтожает до пятой части кладок редких птиц в ближайших колониях. Норка легко находит и раскапывает кладки яиц болотной черепахи, поедает самих черепах, лягушек, мальков осетровых. Зоологи начали сооружать специальные платформы для гнёзд – труднодоступные для наземных хищников, лишь бы птицы могли гнездиться без потерь.
Меры борьбы носят ограничительный характер: американская норка включена в перечень охотничьих ресурсов, охотиться на неё можно, но охота не влияет существенно на численность, потому что из соседних угодий постоянно мигрируют новые особи, а высокая плодовитость восполняет потери.
Как американский грызун опустошил тысячи водоёмов
В 1928 году в СССР завезли первых ондатр из Северной Америки. Круглая, как мячик, полуводная крыса с перепончатыми лапами и плоским хвостом была любима промысловиками: ценный мех, высокая плодовитость, несложная добыча. К 1960-м ондатра расселилась по всей России: от европейской части до Дальнего Востока. 
Проблема обозначилась постепенно. Охотовед С.Н. Линейцев описывал в своих работах, что наблюдал на озёрах в лесотундре Красноярского края: «Достигнув пика численности, ондатра быстро уничтожила скудную водную и околоводную растительность и погибла от голода». Это вспышка, после которой озеро лежит выеденным.
Очевидцы из Приамурья рассказывают то же самое: многие водоёмы, где когда-то колыхались кубышки и кувшинки, сейчас представляют «унылую картину» — «вся растительность уничтожена, лодка легко скользит по воде: ни травинки, ни листа кубышки». Нет уток, не всплеснёт рыба. Берега, изрытые норами, оседают и сползают в воду.
Учёные зафиксировали: на таёжных озёрах Сибири – от Алтая до севера Хабаровского края – обилие вахты трёхлистной (типичного растения таёжных болот) снизилось повсеместно, часто до полного исчезновения. Обычные прежде кубышки и кувшинки стали настолько редки, что попали в региональные Красные книги. Исчез водяной орех — в Иркутской области в 1930-е годы его заготавливали даже для свиней, теперь не найти.
Деградация прибрежной и водной растительности – вопрос не только эстетический, но, что гораздо важнее, и разрушение основы для гнездования водоплавающих птиц, исчезновение укрытий для рыбьей молоди, изменение гидрохимии водоёма, заиление, утрата берегоукрепляющего покрова – и ускоренная эрозия берегов. Каждый опустошённый ондатрой водоём тянет за собой цепочку экологических потерь.
Институт проблем экологии и эволюции им. А.Н. Северцова РАН относит ондатру к числу наиболее опасных чужеродных видов, наносящих значительный урон естественным экосистемам России. Формально она по-прежнему остаётся «охотничьим ресурсом» — защищённым видом с ограниченным сезоном охоты. Экологи считают это нонсенсом.
Енотовидная собака: «безобидный» убийца
Эта история начиналась как страница советского экологического оптимизма. С 1927 по 1957 год около 10 тысяч енотовидных собак были переселены из Уссурийского края в 76 областей Советского Союза, чтобы «обогатить охотничьи угодья». Небольшой пушистый хищник с «баками» на мордочке и неторопливой походкой казался безобидным.
Кажется, и сегодня так: енотовидная собака, встреченная в лесу, производит впечатление скорее комичное, чем угрожающее. Она не умеет лаять – только скулит и воет. Бегает медленно. При опасности притворяется мёртвой. 
Но именно эта «безобидность» и делает её опасной. Енотовидная собака – типичный всеядный «подметальщик»: ест всё, до чего дотянется: мышей, рыбу, насекомых, ягоды, падаль. А также кладки яиц птиц, гнездящихся на земле: тетерева, куропатки, вальдшнепы, утки – они все кладут яйца там, где их может найти медленно бредущая енотовидная собака, обследующая каждую кочку и каждый куст.
Многие охотники фиксировали падение численности боровой дичи после появления в угодьях нового вида. Кроме того, она переносчик бешенства: в Европе это стало серьёзной ветеринарной проблемой. В Финляндии, Швеции, Германии енотовидная собака объявлена опасным инвазивным видом, охота на неё разрешена круглый год всеми методами.
В России енотовидная собака включена в перечень охотничьих ресурсов. Но, как писал охотничий портал «Охотники.ру», шкурный рынок рухнул в 1990-е годы, и интерес охотников к «енотке» исчез вместе с ценой на её мех. С тех пор численность никем не контролируется. «Имеем местами довольно многочисленного и весьма вредного зверька, за редким исключением практически не интересного охотнику».
Канадский бобёр: генетически чужой
Канадский бобёр (Castor canadensis) был завезён в Карелию в 1930–40-е годы как объект пушного промысла, на тот момент европейский бобёр (Castor fiber) был почти истреблён. Внешне два вида неотличимы, генетически принципиально различны: у них даже разное число хромосом, они не скрещиваются и не дают потомства.
Профильные институты РАН включили канадского бобра в список 100 наиболее опасных инвазионных видов для России: главная угроза – возможное вытеснение аборигенного европейского вида. Биологи следили за ситуацией с тревогой. 
«Мы видим, например, что история с бобром действительно страшная. Фактически она повторяет сценарий с американской норкой, которая полностью вытеснила норку европейскую на всей территории России. Для этого ей понадобилось 100 лет, но процесс с бобрами идет намного быстрее. Мы создали уникальные математические программы для биомоделирования и показали, что канадский бобр вытеснит европейского примерно через 50 лет», - цитирует «Огонёк» заведующего кабинетом биоинформатики и моделирования биологических процессов Института проблем экологии и эволюции им. А.Н. Северцова РАН Вароса Петросяна.
Бобр – мощный «инженер экосистем», его плотины и запруды меняют водный режим, подтапливают участки, создают новые заболоченные пятна, перестраивают прибрежную растительность. В Карелии исследователи прямо связывали бобровую активность со вторичным заболачиванием осушенных земель на мелиоративных каналах; заповедник «Кивач» в 2024 году отдельно писал, что специалисты постоянно сталкиваются с запрудами, хатками и поврежденными стволами деревьев, а сами дамбы могут способствовать затоплению местности и уничтожению части прибрежной растительности.
Сложность работы с бобрами в проблеме идентификации при охоте и мониторинге, которая остаётся нерешённой. Охотник, отстреливающий «бобра», никогда не знает точно, кого берёт – аборигена или пришельца. Охранять их нужно по-разному, но внешне их не различить.
Невидимая армия: американская белая бабочка
Американская белая бабочка (Hyphantria cunea) — карантинный вредитель, поражающий более 300 видов деревьев и кустарников. Сама бабочка совершенно безобидна: белоснежная, шелковистая, меньше пятикопеечной монеты. Опасны гусеницы: они объедают листья деревьев полностью, оплетая ветки паутиной так, что на дереве вырастают серые «мешки» длиной до полутора метров. 
Вредитель появился в СССР в послевоенные годы, вероятно, с трофейными грузами из Германии. Сначала закрепился в Краснодарском крае и Причерноморье. В вспышку 2003-2007 годов в Краснодарском крае были поражены огромные площади садов и лесополос. В 2022 году новая вспышка: в Багаевском районе Ростовской области на площади 6840 гектаров ввели карантинный режим.
Потери, которые она наносит, измеримы точно: при поражении 20% листового аппарата урожайность плодовых деревьев снижается на 5–10%, при 50% — на 50-55%, при 75% — урожай фактически отсутствует. Многократная дефолиация приводит к гибели дерева. Снижаются защитные функции лесополос — тех самых, которые защищают поля от эрозии и суховеев.
Бороться с бабочкой можно инсектицидами, биологическими препаратами на основе Bacillus thuringiensis, срезкой паутинных гнёзд с последующим сжиганием. Но необходим постоянный мониторинг: пропустить вспышку в начале значительно проще, чем потом тушить «пожар» на тысячах гектаров.
Право и природа: где сегодня проходит граница
История инвазивных видов в России — это ещё и история правовых пробелов, которые заполнялись слишком медленно.
Долгое время в стране не существовало единого федерального инструмента борьбы с инвазивными растениями применительно ко всем категориям земель. Региональные законы были фрагментарны, ответственность размыта.
Федеральный закон № 294-ФЗ, подписанный президентом РФ Владимиром Путиным 31 июля 2025 года, заполнил главный пробел: впервые в российской правовой истории возникла прямая и недвусмысленная обязанность для всех без исключения землевладельцев уничтожать инвазивные растения. Перечень, который ведёт Рослесхоз, пока включает только два вида: борщевик и ясенелистный клён. Но сам механизм создан, и список может расширяться. Но остаётся принципиальный правовой вакуум — ответственность за халатность при фитосанитарном контроле, повлёкшую завоз инвазивного вида.
