Наличие у ребенка второго родителя не является безусловным препятствием для предоставления отсрочки отбывания наказания осужденной матери, а тяжесть преступления сама по себе не отменяет приоритета интересов несовершеннолетних детей, разъяснил Верховный суд (ВС) РФ в изученном РАПСИ определении.
Суд высшей инстанции рассмотрел дело матери из Краснодарского края, осужденной за мошенничество с ущербом на сумму более 6,5 миллиона рублей. Первая инстанция отсрочила ей отбывание наказания до достижения младшей дочерью четырнадцати лет, однако апелляция это решение отменила с «целью усиления наказания осужденной для ее исправления». Также нижестоящие суды, отказывая в отсрочке, ссылались на тот факт, что у детей есть отец.
Между тем, как следовало из акта обследования жилищных условий, отец ребенка перенес инфаркт, потерял основное место работы и вышел на пенсию по состоянию здоровья. Отец проживал вместе с матерью — инвалидом II группы и сестрой — инвалидом детства, периодически проявлявшей агрессию к детям. Защита осужденной настаивала, что условий для проживания несовершеннолетних у отца не было.
Верховный суд поддержал мать, изменив нижестоящие решения и предоставив ей отсрочку отбывания наказания до достижения четырнадцатилетнего возраста её младшей дочери.
Позиция ВС
Высшая инстанция напомнила, что сама природа института отсрочки отбывания наказания предполагает поиск баланса между публичными интересами уголовного судопроизводства и защитой ребенка, для которого разлучение с матерью из-за ее отправки в колонию может обернуться серьезными неблагоприятными последствиями. Интересы несовершеннолетнего признаны законодателем самостоятельным обстоятельством, подлежащим обязательному учету, напомнил ВС РФ.
«Институт отсрочки отбывания наказания, предусмотренный статьей 82 УК РФ, направлен на обеспечение баланса между публичными интересами уголовного судопроизводства и охраняемыми законом интересами ребенка, для которого разлучение с родителем вследствие исполнения наказания в виде лишения свободы может повлечь существенные неблагоприятные последствия. Исходя из принципов гуманизма и приоритета защиты детства, законодатель признал интересы несовершеннолетнего ребенка самостоятельным обстоятельством, подлежащим обязательному учету при разрешении вопроса о возможности отсрочки исполнения наказания», — отмечается в определении.
Кроме того, ВС подчеркнул, что нижестоящие суды не установили в действиях осужденной фактов, которые могли бы свидетельствовать об угрозе интересам ребенка. «В судебном решении отсутствуют выводы о том, что осужденная уклонялась от воспитания детей, не исполняла родительские обязанности, вела антиобщественный образ жизни, совершала противоправные действия в отношении ребенка либо иным образом создавала угрозу его интересам», — отмечает Верховный суд.
При этом обстоятельства свидетельствовали о наличии у осужденной постоянного места жительства, необходимых условий для проживания детей, положительных характеристик личности и иных обстоятельств, позволивших прийти к выводу, что отсрочка исполнения наказания отвечает интересам малолетнего ребенка.
Суд высшей инстанции подчеркнул, что наличие у ребенка второго родителя не является безусловным препятствием для применения отсрочки к матери. Более того, вывод апелляции о чрезмерной мягкости наказания сам по себе не мог служить основанием для отмены отсрочки — вопрос о справедливости приговора не подменяет собой вопрос о наличии законных условий для применения отсрочки.
Также ВС РФ отметил, что усмотрение суда при назначении или об отказе в назначении отсрочки не является произвольным и должно реализовываться с соблюдением требований законности, обоснованности и справедливости.
«Выводы суда должны основываться на установленных обстоятельствах, имеющих значение для применения статьи 82 УК РФ. Поскольку такие обстоятельства в настоящем деле судами апелляционной и кассационной инстанций установлены не были, отмена отсрочки исполнения наказания не может быть признана законной и обоснованной», — резюмировал ВС РФ.
(№18-УД26-33-К4)
